Если нашу философию можно петь, то именно так! Спасибо, Тэм, это очень мощно. В лучших традициях вашего незабвенного коллектива!
Даёшь рок на каждый инстанс в эту кончающуюся пятницу!
Lumen - Можно!
Если нашу философию можно петь, то именно так! Спасибо, Тэм, это очень мощно. В лучших традициях вашего незабвенного коллектива!
Даёшь рок на каждый инстанс в эту кончающуюся пятницу!
Lumen - Можно!
В целом это отличная песня, но в ней, на мой взгляд, есть существенный философский изъян.
Тэм поёт: «Вечен мир и бесконечен, равен и неравен себе».
Камень тоже равен и неравен себе, но камень конечен, а мир бесконечен. Неужели конечный камень движется так же, как бесконечный мир? Предлагаю подумать.
Почему камень неравен себе? Потому что он, как нечто, соприкасается с другим. Он есть нечто и вместе с тем другое, иными словами, он изменяется. Нечто и другое — это моменты изменения, соответствующие равенству с собой и неравенству.
Но соприкасается ли бесконечный мир с другим? Есть ли что-то второе по отношению к нему? Если бы было, то оно бы ограничивало мир и делало конечным. Таким образом, категорией изменения невозможно схватить специфику движения бесконечного. Она слишком абстрактна для этого.
Как же на самом деле движется бесконечное? Бесконечное в своём другом пребывает у самого себя, оно есть процесс, состоящий в том, что оно в своём другом приходит к самому себе.